Надеюсь, когда-нибудь буду богатым

По словам Игоря, один из коубов понравился даже самому Шварценеггеру.

Весной 2012 года двумя российскими разработчиками был запущен сайт-видеохостинг Coub. На нем пользователи могут создавать короткие видеоролики с несинхронным звуковым сопровождением. Основателями являтся Игорь и Антон Гладкобородовы. Сегодня парни перебрались в США, где работают в небольшом коворкинге, а основная студия Coub продолжает работать в Москве. 

Коубы быстро стали популярными среди интернет-юзеров, так как за короткое время можно создать ролик на злобу дня. Сегодня сайт Coub ежемясячно посещает более 50 млн и эта цифра постоянно растет. Основная аудитория ресурса - Украина, Венгрия, Беларусь и Россия. Стоит отметить, что в Украине Coub очень популярный на политические темы. 

Корреспондент ТСН Наталка Писня взяла эксклюзивное интервью у одного из основателей сайта Игоря Гладкобородова. Стартапер рассказал, как создавался Coub и какие планы строят на будущее. 

- Как родилась идея Коуба?

- Это была одна из безумных идей Антона (один из двух братьев Гладкобородовых, создателей Коуба – Ред.). У нас всегда было много идей, проблем с этим не было никогда - только выбирай. Вопрос только в том, что выбрать, чтоб все заработало. У нас было много более-менее успешных проектов. Большинство и з них было локальными медийными проектами - московскими, российскими. Нам в какой-то момент захотелось сделать что-то более масштабное, глобальное, то, что будет известно и за пределами России, оторваться от медиа, оторваться от оффлайна, оторваться от города, сделать что-то такое сервисное и большое. 

- Когда Антон предложил, Вы как отреагировали? 

- Это долгая история, это была его идея, он с ней долго носился, я говорил, что это работать не будет, что это бред и какая-то фигня. И в какой-то день, у нас тогда еще был проект "Теории и практики", мы сидели в офисе, все уже ушли и в какой-то момент зашел разговор об этом проекте. Антон уже начал его разрабатывать вместе с Мишей (это наш третий кофаундер). Уже даже прототипы какие-то были. Он полночи мне показывал, как это может быть использовано, как это может работать, была куча разных вариантов. По сути, мы делаем инструмент такой простой, на первый взгляд, из которого можно сделать все, что угодно. Как табуретка - можешь на ней сидеть, строгать, можешь лампочку закручивать. То же самое здесь - это такой новый медиаформат между фото и видео. Точно также, как и текст - ты можешь меню для ресторана набрать, а можешь стихи писать или романы. Тоже самое здесь - можешь ржаки какие-то с кошечками делать, танцующих бомжей, можешь более серьезные штуки. Я сам, кроме того, что я - один из создателей Coub, делаю коубы не как пользователь. Я сам вижу собственное развитие как человек, который придумывает ролики. Начиная от того, что вот классный момент, чтобы на него положить музыку, чтобы что-то изменилось, а сейчас я это делаю в 3D, фильтры накладываю. Я понимаю, что уровень технический растет. Иногда смотришь и думаешь - как классно у наших пользователей мозг работает. Они соединяют какие-то несоединимые кадры из одного фильма, кадры из другого фильма - меняется смысл и одного и другого кадра.

- Какой коуб у Вас самый любимый?

 - Ой, сложно сказать, какой коуб самый любимый. Мне очень нравится жанр, который называют "гибридным" - это когда разные кадры из разных фильмов, есть куча мемов, которые из этого создаются, какой-нибудь Game of Thrones: кто-то сделал с ним первый коуб, кто-то продолжил и сделал совершенно по-другому. У нас был очень классный мем про "Большого Лебовски" - там был кадр, когда ему в голову бросали кружку. Я думаю, что наши пользователи нашли все кадры с тем, что кто-то куда-то кидает кружку из разного кино, в разных вариантах. Это очень смешно и иногда кажется, что тебя уже ничем не удивить, что может быть там еще смешного - а тут бац!

- Давайте к началу вернемся. Вы когда все это придумывали, просчитывали, сколько это может стоить? От капитала для старта до будущей монетизации?

- Мы начинали на свои. Мы сами работали, самим платить себе не нужно. Запустили проект на свои сбережения, но довольно быстро нашли инвестора. С самого начала проблем не было. У нас хороший проект, он довольно быстро начал расти.

- Какая география пользователей?

- Их около 50 миллионов, 70% - Россия и Украина, Беларусь, Казахстан. Венгрия потом появилась - это вообще очень хороший пример. Когда коуб выстрелил за пределами русскоговорящего мира, они начали их использовать в новостях. То есть, самые крупные новостийные сайты стали пользоваться коубами - какой-то политик что-то сказал и выглядит это так: текст, текст, текст и дальше коуб. На самом деле 10 секунд - вполне достаточно для цитаты. Если ставить Youtube - он долгий и большой, нужно перематывать, а тут - очень четкая цитата, она легко вставляется, ее легко посмотреть, она легкая, и работает где угодно. Это очень удобно. Они (венгры – Ред.) стали использовать это в новостях, после этого подтянулись обычные пользователи из Венгрии, они делают совершенно разные коубы, особенно о политиках.

- Какие украинские и российские околополитические коубы самые популярные?

- Много и украинских, и российских. Coub - такая штука, мы не создаем новостей, мы не создаем повестки дня, но мы ее обрабатываем. Условно говоря: что-то произошло, какая-то новость появилась - через день появляется куча коубов на нее, которые по-разному миксуют новость с чем-то другим. Это как анекдоты на кухне - что-то произошло ты потом все это переосмысливаешь уже чуть позже. Обычно, конечно, это о чем-то смешном. 

- Когда речь идет о монетизации и развитии, как Вы себя видите через несколько лет? Перед началом интервью, в приватном разговоре, я была поражена историей о том, что офис у Вас здесь на три человека.

- Мы только сюда выходим. У нас 30 человек в команде и большая часть из них в Москве, и разработка в Москве, и большая часть траффика, то, на чем мы зарабатываем деньги, поэтому большая часть команды там. И мне до сих кажется, что 30 человек для Coub - это слишком много (смеется). Я понимаю, конечно, что для того, чтобы быстро расти, нужна большая команда, чтобы суметь воплотить разные вещи. Но тем не менее, когда небольшая команда, легче делать какие-то вещи быстро. Для нас это все равно самый большой проект, который мы сделали. 30 человек - это ok для такого стартапа. 

- Давайте еще раз об американских реалиях?

- Здесь мы втроем. Офис в коворкинге. Это очень удобно для маленькой команды, потому что можно снять офис - это будет комната без окон без дверей, там будут люди сидеть и мариноваться. В чем фан? И это будет сильно дороже, потому что здесь все в принципе очень дорого - и недвижимость, и аренда. Гораздо полезнее и дешевле взять место в коворкинге, где есть какие-то люди, инфраструктура, принтеры-интернеты, там есть коммьюнити, есть друзья наши, с которыми нам интересно, можно встретиться с кем-то, есть переговорки. Это в принципе, очень удобно. Понятное дело, что в долгосрочной перспективе, когда мы будем расти, у нас будет офис. Сейчас нам это не нужно, зачем мы будем тратить безумные деньги?

- Как Вы планируете расти?

- У нас много способов. Я бы не смешивал монетизацию и рост, это очень разные вещи. Весь наш рост - это виральность. Мы не можем, как другие стартапы покупать траффик, установки. У нас все идет от контента. И здесь очень простая схема - нужно сделать инструменты для создания контента, его распространения. Вот это и дает нам рост. Усовершенствовав эти два инструмента, мы и растем. Чтобы легко было создавать - мы смотрим, какие типы контента самые популярные и мы создаем под них инструменты. Мы смотрим, чтобы мы на всех платформах идеально работали, чтобы ссылку можно было поместить куда угодно - Facebook, Twitter, Ready. Это должно хорошо играть на всех платформах и браузерах. Наша задача сделать так, чтобы мы были везде и чтобы наш контент можно было легко распространять в мессенджерах, где угодно. И если у нас есть хороший контент, если у нас есть способ распространять этот контент - будет рост. И так это работает везде.

- Монетизация?

- С ней мы не так давно начали эксперименты. Когда ты растешь, лучше не монетизироваться - всех пользователей распугаешь. Но в России мы уже большие и, соответственно, там уже можно начинать зарабатывать деньги. В этом году (2015 год), около полугода назад, мы начали это делать. Коуб - это очень хороший маркетинговый инструмент для брендов. У нас витальный контент, который хорошо распространяется, у нас крутое коммьюнити, которое делает классный контент, классные коубы. Соответственно, это хороший инструмент для брендов, чтобы попасть на какую-то виральность, и чтобы люди распространяли контент. Один из спецпроектов мы делаем с разными компаниями, например, с киношными компаниями. Мы делали конкурс на создание лучшего контента из трейлеров. В первую неделю у нас получилось так много классных коубов, потому что материал хороший. У нас было 100 миллионов просмотров, огромный хвост - очень хороший пример того, как можно это использовать, не лепя рекламу. Это красиво и удобно - делать монетизацию для бренда и для пользователей, и при этом не портит коуб.

- Планируете ли Вы создавать новые коубы, как с Траволтой?

- Траволта - это не наш мем, но у нас много контента с ним, хотя он пошел из джедита. Например, #unexpectedjourney - это тот мем, который пошел от нас, он появился на нашей платформе. И у нас куча примеров таких же. Это та история, когда кто-то делает классный коуб, который состоит из двух частей, потом миксуются кадры из других фильмов с этим же актеров. Тяжело объяснить. Гораздо более понятный мем из "Игр престолов", когда король поднимает кучу людей, которые встают. И у нас было много коубов о том, как кто-то где-то встает - фильмы с зомби, просыпающиеся люди. Отличный моб получился! И вот тоже из "Игр престолов" - путешествие на лодке, когда сверху пролетал дракон, они подняли вверх головы. После этого пользователи миксовали это с летающим котом, летающей газонокосилкой, летающим котом Томом. У нас такого много. Траволта появился не у нас, к сожалению, мне он очень нравится, хотя многие ругаются и говорят, что он уже поднадоел. У нас тоже есть много Траволты, но мы просто поддержали мем, который уже идет в мире. 

- Как сам Траволта на это реагирует?

- Не знаю, к сожалению. Но у нас есть один автор, один из моих любимых, его никнейм – "киномозг". Он сделал коуб - кадры из "Титаника", когда героиня Кейт Винслет танцует с Леонардо Ди Каприо. Она кружится, вытянув руки, и он совместил это с кадрами фильма о Конане, где кто-то крутит его за ноги. И создается ощущение, что она крутит за ноги героя Шварценеггера, он раскручивается и падает. И этот коуб попал на рейтинг, хорошо пошел и в какой-то момент сам Шварценеггер сделал реплай. Даже прислал видео: "Ха-ха, смешно!" То есть, он на коубы реагирует. 

- На коубы о себе Вы как реагируете?

- Со мной коубов не так много. Больше с Антоном. Все над ним стебутся, и это смешно. Есть целый канал на YouTube, где собраны все коубы с ним. 

- Он болезненно реагирует?

- Как это - болезненно? На шутки нельзя так реагировать! И там нет ничего такого, на что можно было бы обижаться. Смешно. Иногда берешься за голову, от того, насколько.

- Игорь, Вам сколько лет? 

- Эээ. 33? Да, 33.

- Мне нравится, что Вы задумались, прежде, чем ответить.

- (смеется)

- А Антону?

- Он на два года старше. Выходит, 35. 

- В каком возрасте Вы начали?

- Коуб - четыре года назад. А с программированием и стартапами давно. Мы начали делать сайты, когда у нас еще интернета не было. Это был конец 1990-х, у нас всегда было разделение: Антон всегда отвечал за дизайн, а я  - за программирование. То есть, у нас была куча проектов, когда Антон рисовал, а я – собирал. Мы начали в конце 1990-х. У нас была студия веб-дизайна, потом я ушел и какое-то время работал в "Студии Лебедева". Антон продолжал с нашей студией. Из больших проектов, в которых мы участвовали, - lookatme. Антон был соучредителем, а я помогал в разработке на начальном этапе. "Теории и практики" мы делали вместе. У нас еще два было два соучредителя. Еще куча всяких партизанских проектов. Например, был очень смешной проект meetlook. Не могу сказать, что он мой самый любимый - он был вспышкой, которая резко вспыхнула и резко затихла. Специфика проекта - собственно шутка, но ее не все поняли, - очень провокационная история была. Это лет 5 назад было, мы сделали это для смеха, поржать, но это очень здорово разлетелось по Москве. Это был проект про сплетни, совершенно неподтвержденные, из пальца высосанные, и это было очень смешно. Многие обижались, но это нельзя было воспринимать серьезно. Из проектов, которыми я по-настоящему горжусь, - "Теории и практики". Это реально был проект, который мы очень любили. Мы его сделали, когда нашли интересную оффлайновую тему о публичных лекциях. То есть, это такая забытая платформа досуга, когда ты можешь не ходить в кино, в кафе, а можешь пойти на публичную лекцию и узнать что-то новое.

- О жизни жуков, например?

- Вот. Жизни жуков, жизни индейцев майя, лингвистике. Это очень интересно и познавательно, это не так скучно, как кажется. Мы стали это развивать, сперва сделали листинг этих лекций, очень красиво их запаковали, сделали описание, многое вручную нарисовали. В первый месяц было по 30 таких лекций, из уже существующих в Москве. И мы сделали эту тему очень популярной и через год в Москве было уже 50 лекций в день. Она очень хорошо развилась, это такая абсолютно добрая, положительная вещь, которая меняет что-то и кого-то к лучшему, развивает, делает что-то хорошее, интересное, полезное и это довольно быстро вышло за пределы Москвы, была куча городов. Киев тоже был. Это был хороший и интересный проект. И очень круто, что мы связали оффлайн с онлайном, сделали с помощью медийных шагов такую штуку, чтобы появилась новая вещь, новое движение. Это очень круто работало, но понятно, что сейчас очень мало осталось от того, что мы делали. Проект очень сильно развился. Я очень горжусь и рад, что в этом участвовал. И я очень рад за ребят и за то, что они делают. Я с большой восторженностью о них отзываюсь. Они сейчас делают издание в Нью-Йорке - Hopes and Fears. Еще был журал Лэм, который тоже был частью LookAtMe. Это был дополнительный отдельный онлайн-журнал, который выглядел, как журнал. Я там выступал, как техническая часть. Там было очень много вещей, которыми с технической точки зрения я очень горжусь. Открываю архив, он остался, хотя вышло всего 4 номера, но они выглядят круто даже сейчас. Смотришь - ничего не поехало, все работает. 

- За чужими стартапами следите? 

- У нас так вышло, что много друзей делают много стартапов, за всеми слежу и очень болею за них. Я прекрасно понимаю, что делать стартап тяжело - это большие нервы, сумасшедшая ответственность. Можно кучу назвать – ReadyMag, Plag, Hopes and Feers (хотя это и не совсем стартап, а скорее медиа). Наши друзья делают стартап Frank - это открытый банк, так это здесь называется, когда открываешь счет в банке. Это может быть благотворительный фонд или даже кикстартер, кофаундинг или вот есть куча компаний, где нужна открытость транзакций, потому что ты собираешь деньги у людей на благотворительность. И вот они делают стартап для того, чтобы все транзакции были открыты - ты можешь посмотреть, проанализировать, выгрузить, посмотреть, что и куда тратил. Это крутая история, мир к этому идет. Я очень надеюсь, что у них все хорошо получится. 

- Сейчас после "Теорий и практик," Коуба, других проектов, Вы бы себя богатым человеком назвали? Есть такой миф о миллионерах, разгуливающих по Сан-Франциско в футболках.

- Технически, наверное, богат (смеется). Но это только на бумаге. Но я себя богатым человеком не считаю, у меня нет лишних денег никогда, я думаю, куда их трачу. Особенно сейчас - я переехал в Америку. С нашим текущим рублем, я перевожу 20 долларов по курсу и думаю: "Боже, как дорого! Это столько денег?!" Нет, я не богат. Я надеюсь, что когда-нибудь я буду богатым, хотя, конечно, смотря что с чем сравнивать. То есть, я не вижу денег в большом количестве, я экономлю. То есть, теоретически, я могу все бросить и пойти работать программистом, получать свои 150-180 тысяч (долларов) в год. Тогда, наверное, не буду богатым, но буду сильно обеспеченным, не буду сильно париться со счетами. Я бы не сказал, что я успешный, как и любой стартапер. То есть, Цукерберг может назвать себя богатым, но я все еще делаю небольшой стартап, потому что до сих пор считаю Coub небольшим стартапом. То, чем мы должны стать и то, чем мы сейчас являемся - это разные вещи. Нет богатых стартаперов. Ты не тратишь деньги на себя, потому что есть куда их потратить. Как-то так вышло, что мы почти всю сознательную жизнь делаем собственные проекты. Редко работаем на кого-то. Когда ты работаешь на себя, у тебя нет лишних денег. Я не очень понимаю людей, которые занимаются бизнесом и умудряются покупать дорогие вещи, с трудом представляю себе, как это можно сделать. 

Разговаривала Наталка Писня

Оставьте свой комментарий

Аватар
Оставьте свой комментарий

Комментарии к посту

Последние Первые Популярные Всего комментариев: