Страсти по референдуму

Последние

Больше новостей

Популярные

Больше новостей

Комментируют

Больше новостей

Заявлением о том, что вопрос мирных соглашений с РФ может быть вынесен на рефрендум, Богдан загнал и себя, и Зеленского сразу в две западни.  

Назначение Богдана руководителем Администрации президента сопровождается если не скандалами, то как минимум живым обсуждением в СМИ. Речь идёт не только о связях чиновника с олигархом Коломойским, но и о его собственных высказываниях. 21 мая Андрей Богдан заявил о возможности проведения референдума относительно мирных соглашений с РФ.

В частности, он заявил: "Мы рассматриваем вынесение вопроса о достижении мирных договорённостей с Россией на народный референдум, чтобы не только депутаты проголосовали и не только президент, чтобы народ Украины принял это решение". Потом уточнил, что на референдум может быть вынесен вопрос самой сути договорённостей, если они покажутся "неоднозначными".

Такое заявление, естественно, вызвало бурю в медиапространстве и, что логично, обвинения политических оппонентов в том, что "команда Зеленского готова сдать Украину". Поэтому уже через пару дней, в вечернем эфире шоу "Право на владу", Богдан уточнил свою позицию.

"Как факт, как возможность, если будут какие-то конфликтные вопросы в этих возможных договорённостях, их нет, к сожалению, на сегодняшний день. И это еще долгий путь. Мы понимаем, что если такой мир будет достигнут, то будут, наверное, какие-то вопросы, лучше спросить у населения, вы с этим соглашаетесь. Если не согласны, возможно, не надо подписывать тех или иных соглашений.

Это не подписать или не подписать мирные соглашения, это однозначно не нарушать Конституцию Украины, это не отдавать наши территории, это не торговать нашими людьми. Ну, возможно, есть какие-то компромиссы относительно порядка передвижения, возможности голосования. Я вообще очень патриотичный человек, я не сторонник никаких там независимых территорий или совсем другое... не украинского направления движения. В любом случае лучше спросить людей, спросить их мнение", — пояснил Богдан.

На первый взгляд, точки над i расставлены. Но, как в старом одесском анекдоте, тут работает принцип "ложечки нашлись, осадочек остался". Можно утверждать, что на посту руководителя АП своим заявлением господин Богдан уже сделал чрезвычайно важную ошибку. Почему — давайте разбираться.

РЕФЕРЕНДУМ КАК ОН ЕСТЬ

Референдум как инструмент прямого народовластия предусмотрен законодательством большинства демократических стран. Более того, такие кампании периодически проводятся. Но отношение к инструменту, мягко говоря, неоднозначное. Типичный пример — референдум о выходе Британии из ЕС либо референдум о независимости Каталонии из состава Испании.

Голосование граждан широко используется и играет важную роль в политической системе Швейцарии, которая для многих является образцом зрелой демократии. С другой стороны, референдум использовался президентом Беларуси Лукашенко для создания системы собственной авторитарной власти. Механизм один — результаты разные.

В истории Украины было несколько референдумов. Первый прошел еще на закате СССР. И уже та кампания показала опасность инструмента, поскольку ответы на вопросы прямо зависели от их формулировки и расставленных акцентов. 17 марта 1991 года на "всесоюзном референдуме" 70,2% украинцев проголосовали за необходимость сохранения СССР, а 24 августа того же года на всеукраинском референдуме 90,32% уже заявили, что они подтверждают Акт провозглашения независимости Украины. Замечу, что оба референдума проводили одни и те же люди, одни и те же структуры.

Уже та кампания показала опасность инструмента, поскольку ответы на вопросы прямо зависели от их формулировки и расставленных акцентов

В день "всесоюзного референдума" одновременно прошли "региональные референдумы" во Львовской, Ивано-Франковской и Тернопольской областях. На нем 88% проголосовали за независимость. 1 декабря состоялся референдум на Закарпатье, там проголосовали за автономию для региона. В 1994 года аналогичные были на Донбассе и в Крыму. На донбасском проголосовали за "федерализацию", на крымском — за "расширение автономии".

В 2000 году свой референдум провёл Леонид Кучма, стремясь изменить отдельные положения Конституции в части реформирования парламента, создания двухпалатного органа, ограничения числа народных избранников, права роспуска ВР и, да, господа, депутатской неприкосновенности.

Тогда, кстати, более 90% граждан проголосовали за исключение из Конституции статьи 80: "Народные депутаты Украины не могут быть без согласия Верховной Рады Украины привлечены к уголовной ответственности, задержаны или арестованы". Что-нибудь изменилось? Нет. Верховная Рада так и не внесла изменения в законы, за которые проголосовало население страны. Зато тезис "снятие неприкосновенности" стал своеобразным фетишем украинских политиков.

Ну и, наконец, стоит отдельно вспомнить "референдумы" в Крыму и на Донбассе в 2014 году.

Таким образом, институт всенародного голосования в Украинских условиях проявил себя, мягко говоря, двояко. Но избирателю идея референдумов нравится. Видимо, в том числе и поэтому господин Богдан решил "сыграть на публику". Игра не получилась.

ДВЕ ЗАПАДНИ

Политик, выдвигая определённую идею, как правило, преследует несколько целей. Программа минимум — дать повод для обсуждений, но при этом сохраняя либо увеличивая уровень своей поддержки. Возможно, руководитель АП думал аналогично, но в случае с референдумом так и хочется сказать "лучше бы вы помолчали!"

Команда Зеленского победила на выборах благодаря запросу общества на смену политических элит и самой системы отношений в украинской политике. В частности, на отход от высокопарных рассуждений в пользу рациональности и принципа "больше дел, меньше слов". Прекрасно. На этом фоне одна из ключевых фигур команды, один из немногих, уже обладающих реальной властью, заявляет об идее референдума.

Можно сколь угодно долго говорить о народном голосовании, но слова останутся словами — законных механизмов его организации нет

Но, вот беда, в стране нет действующего закона о референдуме. До прихода к власти Януковича действовал закон ещё времён УССР. Потом был принят новый, который в 2018 году был признан неконституционным. Поэтому можно сколь угодно долго говорить о народном голосовании, но слова останутся словами — законных механизмов его организации нет.

Именно закон определяет, какие вопросы можно выносить на голосование, будут ли результаты обязательными, и если да, то каким образом они будут отражены затем в законах, механику реализации. В конце концов, законодательство должно определить субъектов агитационной кампании — кто и на какие деньги имеет право вести агитацию. Этого нет. И, очевидно, что слова юриста Богдана могли бы пропустить мимо ушей, а слова руководителя Администрации президента — проверять. И если найдут неточность — раструбят "по всему миру".

Это первая западня, в которую попал Богдан и в которую он загнал президента Зеленского своим заявлением о референдуме. Обещать то, что сегодня просто невозможно сделать. При этом дать основания журналистам и, как следствие, гражданам, усомниться в собственной компетентности.

Вторая западня — сама тема Донбасса, тема войны и мира, тема человеческих жизней. Такие вопросы по определению являются острыми, а ответы на них имеют серьезные последствия. Поэтому, комментируя такие темы, необходимо тысячу раз взвешивать собственные слова и не давать поводов для двойной трактовки. Господин Богдан заявил про референдум, а уточнение дал лишь на третьи сутки, когда скандал уже набрал оборотов.

Возникает вопрос: зачем так подставляться и подставлять своего шефа? Бывает, сказал не точно. Но ведь есть официальный сайт президента, есть хорошие специалисты, способные оформить идею в понятный даже ребёнку текст. Можно было бы на следующий день (максимум) дать пресс-релиз на сайте либо просто разослать релиз по СМИ. Проблемы бы не было.

Вторая западня — сама тема Донбасса, тема войны и мира, тема человеческих жизней. Такие вопросы по определению являются острыми и потенциально опасными

Но, случилось то, что случилось — более-менее внятные комментарии, с определением красных линий, были даны позже, когда доверие к словам Богдана уже упало.

Более того, вместо этого на том же сайте президента в тот же день был опубликован комментарий самого президента, который снова повторил идею о референдуме. "Мы должны слышать каждого человека. Это не законодательный референдум, а информационный: граждане, что вы думаете. Это нормальный разговор с людьми", — сказал Зеленский.

А МОЖНО ЛИ БЫЛО ПО-ДРУГОМУ ИЛИ НЕ ЛЮБОЙ РЕФЕРЕНДУМ ВРЕДЕН

При этом идея референдума сама по себе не является такой уж ущербной. И отсутствие закона в данном случае является лишь плюсом. Возьмем переговоры по войне на Донбассе самого высокого уровня — "нормандскую четверку", разбавленную консультациями по линии Госдеп США — администрация президента РФ. 

Украина по этой линии как субъект даже не принимает участия в разговоре, лишь доносит свою позицию до Волкера. В таком случае есть вероятность выхода внешних игроков на договорённости, которые не удовлетворяют нашу страну. И если такое произойдет, идея референдума может быть прекрасной возможностью затягивания времени.

Ведь:

  • для начала нужно написать законопроект и проголосовать за него в Раде. Это не менее полугода.
  • объявить о вопросах, выносимых на голосование. Поскольку это вопросы национальной безопасности и государственного устройства Украины (помним про закон об особом статусе ОРДЛО), необходимо заключение Конституционного Суда. То есть подготовка к кампании займёт не менее квартала — получаем ещё три месяца.
  • назначить дату референдума и провести голосование — ещё 3-4 месяца.

В сумме получаем, что только благодаря идее "всенародного голосования" мы имеем выигрыш во времени более года, даже в самом неблагоприятном варианте развития событий в переговорном процессе. То есть президент может подписать, но реализация договорённостей будет ожидать утверждения на референдуме.

Вторая возможность заключается в формулировке вопроса — и тут стоит вспомнить историю 1991 года. Результаты сильно зависят от того, как спрашивают, поэтому голосование не обязательно является "зрадой". Сравним, например, два вопроса по аналогичной теме:

1. Согласны ли вы с продолжением политики урегулирования в соответствии с Минскими соглашениями и закреплённой в законе про особый статус ОРДЛО, гарантирующей защиту интересов жителей Донбасса по обе линии фронта?

2. Согласны ли вы с продолжением политики урегулирования, проводимой в рамках "нормандского формата", которая приведёт к созданию равных и благоприятных условий для развития территорий по обе стороны линии фронта?

Идея референдума сама по себе не является такой уж ущербной. И отсутствие закона в данном случае является лишь плюсом

На первый взгляд, разница небольшая. С одной стороны, — реализация Минских соглашений. С другой, вроде то же самое — "нормандский формат" и так далее. Но ключевые слова второго вопроса — "равных и благоприятных условий" — фактически выводят результат за рамки минского процесса. Ведь создание "особого статуса" — нарушение нормы о равенстве прав регионов. Эти же слова фактически отменяют (при обязательном статусе референдума) действие закона "об особом статусе ОРДЛО" и запрещают принятие подобного в будущем.

Написанное выше — лишь примитивный пример, над формулировками которого я думал не более 10 минут. Правильный подход, с анализом смыслов, филигранной работе с вопросом, позволит дать значительно более внушительные результаты.

Поэтому даже сама идея референдума может быть весьма полезна. Но с такой точки зрения о проблеме господин Богдан предпочёл не говорить. Увы.

Оставьте свой комментарий

Выбор редакции