Беспрецедентное право

Последние

Больше новостей

Популярные

Больше новостей

Комментируют

Больше новостей

Шансов избежать тюрьмы у Улюкаева и Белых практически не было — хоть они и выбрали совершенно разные линии защиты.

У системного либерала, доверчиво взявшего корзиночку-чемоданчик и угодившего в российскую тюрьму, но вину свою отрицающего, выбор невелик. Имеются всего лишь два пути. Жестко политизировать процесс или ограничиться чисто юридическими средствами защиты, — пишет Илья Мильштейн в колонке на "Радио Свобода".

Вчера (1 февраля — ред.) выяснилось, что выбор не имеет ни малейшего значения.

Можно, подобно Алексею Улюкаеву, говорить о том, что с ним сводит счеты могущественный враг. Выражать демонстративное презрение к обвинителям и к тому, что они называют доказательной базой. В последнем слове повиниться перед соотечественниками, обличив себя в равнодушии к их бедам, отделить себя от системы, которой так долго и верно служил. В итоге прокуроры запросят 10 лет, а судья выпишет восьмерочку.

А можно, подобно Никите Белых, вести себя гораздо сдержанней. Если кого и винить в своих бедах, то гражданина Зюдхаймера и некие правоохранительные органы, но никак не высшее начальство. И от службы на благо народа не отрекаться, но напоминать в последнем слове, что вкалывал без отпусков по 12–14 часов в сутки и "личных корыстных целей" не преследовал. Можно твердо заявить в конце выступления, что, мол, прошу извинить, но политических заявлений делать не намерен. И все равно прокуроры затребуют десяточку, а судья влепит 8 лет.

Такие у них схожие судьбы, у бывшего министра и бывшего губернатора. Такие удивительные совпадения мы наблюдаем — в прокурорских речах и судебных вердиктах. До мелочей. Прямо как в Великобритании, где установлено прецедентное право. Только здесь совсем не Великобритания.

В процессе по делу Улюкаева не было предъявлено ни одного серьезного доказательства совершенного преступления. После того как ключевой свидетель обвинения проигнорировал все повестки в суд, привлекать к ответственности следовало его, а не бывшего министра. Как минимум за неуважение к закону, если не за лжесвидетельство и провокацию. Тем не менее посадили того, на кого указал Игорь Сечин.

Сам Владимир Владимирович деятельно поучаствовал в этих процессах, помогая судьям вынести единственно правильное решение, что еще более сближает сюжеты

В процессе по делу Белых все ключевые свидетели в суд явились и свои показания подтвердили, но один из них, отбывающий наказание Альберт Ларицкий, впоследствии заявил, что оговорил подсудимого. Судью данный факт не заинтересовал. Как и то обстоятельство, что губернатор-"взяточник" совсем не обогатился за время пребывания в должности главы региона. Зато удостоился личной похвалы от президента Путина, который называл Кировскую область среди тех немногих регионов, где достигнут, вообразите себе, "значительный прогресс" в деле улучшения инвестиционного климата. Должно быть, сей одобрительный отзыв слишком взбодрил Никиту Юрьевича, и он утратил чувство опасности, общаясь с местными и заезжими бизнесменами.

К слову, сам Владимир Владимирович деятельно поучаствовал в этих процессах, помогая судьям вынести единственно правильное решение, что еще более сближает сюжеты. Поддерживая своего давнего друга Игоря Ивановича, он поддержал и следователей, обвинявших Улюкаева во взяточничестве. Комментируя дело Белых, как бы изумился, что тот "берет деньги у предпринимателя — и не в Кирове, а в Москве, и не в рабочем кабинете, а в ресторане, и не в рублях, а в долларах". Хотя поражаться по совести следовало не тому, что губернатор якобы отказывался брать бакшиш у себя по месту работу и в рублях, а тому, что гарант Конституции оказывал грубое давление на судебную власть. Впрочем, никого это не удивило, поскольку опять-таки здесь вам не Великобритания.

А еще, о чем думать больнее всего, оба приговора, вынесенных в столичных районных судах, сродни приговорам смертным. Это касается и разменявшего седьмой десяток Алексея Улюкаева, и 42-летнего Никиты Белых, страдающего диабетом, энцефалопатией и вообще живущего на таблетках, под постоянной угрозой инсульта. Беззаконие и жестокость — вот что особенно бросается в глаза при чтении судебных вердиктов и окончательно сближает судьбы экс-министра и экс-губернатора.

Однако возможностей защититься у них, системных либералов, практически не было, что убедительно доказано в ходе процессов. Говоришь про политику и ссоришься с высшим начальством или взываешь к нему, напоминая о том, как беззаветно трудился, поднимая нищий регион, — итог один. Два пути, и оба заканчиваются одинаково.

Вероятно, спасителен лишь третий путь. Помня об исторических уроках, не наниматься спецами к большевиками, как бы они сегодня ни назывались. Не соблазняться химерой служения государству и режиму, прямо враждебному людям с демократическими убеждениями. Не взваливать на себя эти неподъемные корзиночки-чемоданчики, то есть не ходить во власть, будучи либералом. Дабы не надорваться.

Перепечатывается с разрешения Радио Свободная Европа/Радио Свобода

Присоединяйтесь также к группе ТСН.Блоги на facebook и следите за обновлениями раздела!

Оставьте свой комментарий

Выбор редакции