Разведение сил в Станице Луганской: кто получил тактическое преимущество и какие существуют дальнейшие договоренности

Последние

Больше новостей

Популярные

Больше новостей

Комментируют

Больше новостей

В ВСУ уверяют, что разведение войск на Луганщине не является капитуляцией и уступками врагу.

Главное событие недели - украинские войска отошли назад. Правда, лишь на крохотном участке фронта, возле Станицы Луганской. За три дня - украинцы и боевики должны синхронно отвести на километр свои силы от линии соприкосновения - она примерно по центру реки Северский Донец. И демонтировать позиции.

Об этом говорится в сюжете ТСН.Тиждень.

ВидеоВпервые за четыре года ВСУ отошли назад от своих позиций на Донбассе

Главное событие недели - украинские войска отошли назад. Правда, только на крохотном участке фронта, возле Станицы Луганской. Что же такое, это общее разведения сил, о котором договорились, кстати, еще в 2016 году при президенте Порошенко. Спустя три дня украинцы и боевики синхронно должны отвести на километр свои силы от линии соприкосновения и демонтировать позиции. Длина участка фронта тоже километр. На четвертый день две стороны докладывают о выполнении. На пятый - ОБСЕ проверяет выполнение задания. Что же на самом деле стоит за этим военным и политическим маневром и откроет ли Украина путь врагу в Мариуполь - смотрите далее.    

Впервые за четыре года ВСУ отошли назад от своих позиций на Донбассе

На четвертый день - две стороны докладывают о выполнении. На пятый – ОБСЕ проверяет выполнения задания. Если враг не выполнит условий, украинцы вернутся в старые окопы.

Впервые за четыре года они идут не вперед, а назад. В небо вздымается белая ракета. Украинские солдаты покидают окоп и быстро прыгают в БМП. Бронемашина грустно рычит и гребет гусянками прочь от позиции. Эта боевая машина пехоты только что вышла из позиции, где не осталось ни одного украинского бойца.

По договоренности, украинские военные должны отойти с двух наблюдательных пунктов. Боевики — ответить зеркально. На второй с покинутых позиций флаг есть, а бойцов уже нет. А дальше - укрепления противника с трицветной тряпкой.

В то же время, на блокпосту боевиков уже сейчас не должно быть военных, так называемых, "военных", но там есть люди в российском камуфляже и в касках с непонятными пометками.

На эти позиции подошли вместе с Леонидом Кучмой. Экспрезидент недавно возглавил украинскую делегацию Трехсторонней Контактной группы на переговорах в Минске. Трое боевиков смотрят на нас открыто. Еще один скрыто наблюдает из укрытия. Никто не спешит убираться с блокпоста. Рядом с боевиками – спокойно себя чувствует патруль ОБСЕ. Ближе к нам - нервные юнцы в штатском, которые агрессивно убеждают - под оккупантом хорошо жить.

Похоже, противник уже сейчас нарушает договоренности. Кучма обращает на это внимание заместителя главы миссии ОБСЕ. В ответ тот фактически расписывается в неспособности повлиять на ситуацию.

"Это не наше решение, мы только мониторим и наблюдаем, что должно быть сделано", - объясняют там.

"И я понимаю. А кому я должен это говорить? Вы же единственная контролирующая структура здесь", - подчеркнул Кучма.

Только тогда, когда люди в российской форме исчезнут отсюда и уберут свою камуфляжную будку, украинская сторона начнет строить новый мост. На радость пенсионным туристам из оккупированной территории. Но разминирование подходов к будущему мосту идет уже сейчас. Все обочины кто-то щедро засеял российскими монетами.

Собственно, для того, чтобы отстроить переход, украинцы и договорились с противником о разведении войск. Это официальная версия. И она сигнализирует, что система координат на Донбассе меняется.

"Вы слышали заявление президента Украины господина Зеленского. Он сказал нет. Этого не будет (переговоров с главарями боевиков -ред.)", - сразу же подчеркнул Кучма.

Украинские бойцы и боевики отводятся на километр от линии соприкосновения, которая условно проходит по центру реки Северский Донец. Об этом было договорено еще в 2016 году. Но в том же 2016 враг, прикрывшись мирным населением, захватил плацдарм на этой стороне реки и построил свою лачугу с триколором как раз перед разрушенным мостом – единственным переходом между оккупированным Луганском и подконтрольной Украине территорией. Похоже, оккупанты немного обманули сами себя. Потому что теперь им своих надо отводить дальше, чем нам - своих. Украинские десантники отходят метров на триста. Боевики на полтора километра. Трудно поверить, но тактически украинцы выиграли.

"Мы сначала запереживали, а потом поняли, что все же тут будет лучше. (Переживали – ред.) что будут думать люди, что будут думать ребята, которые держали здесь оборону с четырнадцатого года. Но мы не покидаем Станицу. Нет, нет, мы ничего не проиграли, наоборот, нарастили себе преимущества над врагом", - рассказывают военные.

В руках у генерала Бондаря замечаю карту. На карте - километровая зона отвода. В нее попадает и здание поселковой администрации. Теперь ее хозяин искренне опасается визита вражеских диверсантов.

"Мы хорошо понимаем, что наши военные сделают все для обеспечения безопасности. Но верить Путину и его банде невозможно", - отметил председатель Станично-Луганской РГА Юрий Золкин.

Следующий шаг, объявленный штабом Объединенных Сил, не на шутку заставил напрячься. Демилитаризованная зона возле Мариуполя. Сразу же вспомнились планы образца 2015 года - отвести украинских бойцов из Широкиного. Там, на развалинах, мы встретили мариупольца, который в пятнадцать попал под обстрел российскими "градами", а четыре года спустя подписал контракт с морской пехотой. Отвод отсюда юноша воспринимает как угрозу своему родному дому.

"Мы выйдем, они зайдут на наши позиции. Будут ближе к городу Мариуполю", - объясняет военный.

Но замкомандующего Объединенными Силами попытался развеять сомнения. Демилитаризованная зона должна быть создана только на оккупированной территории. То есть, отступать на Азове украинцам не придется.

"Второй этап - создание демилитаризованной зоны, свободной от вооружений и тяжелой техники, обозначенной четырьмя населенными пунктами, это Новоазовск, Саханка, Кальмиуское и Кумачово. Там вообще не должно быть тяжелой техники и вооружения", - объясняет Богдан Бондарь.

Итак, ни стратегическое Широкине, ни Мариуполь в эту зону не входят. А на неконтролируемом участке российско-украинской границы в режиме 24на7 должны стать патрули ОБСЕ, чтобы заблокировать движение техники оккупантов. Тогда и только тогда украинский Генштаб будет рассматривать дальнейшие варианты разведения сил. И, учитывая ограниченные врагом возможности ОБСЕ, эти планы кажутся фантастическими. Особенно, когда из опустевших украинских позиций смотришь в лицо боевикам.

Андрей Цаплиенко

Оставьте свой комментарий

Выбор редакции