Между Библией и Кораном

Межрелигиозный конфликт во Франции, спровоцированный терактом, выгоден крайним силам по разные стороны баррикад.

Не успели похоронить жертв теракта парижской редакции Charlie Hebdo, как одна за одной стали появляться  конспирологические версии произошедшего в духе писателя Тома Клэнси, например, как месть Путина за непоставленные "Мистрали".  Я не думаю, что это так, хотя сложить звенья этой цепи мы сможем только со временем.

Однако парижский теракт, безусловно, очередной тревожный звонок. Он означает, что использование конфликтного потенциала межрелигиозных отношений будет только расти. А поскольку те люди, которые совершили нападение на редакцию, как говорится в официальных сообщениях, связаны с сирийскими боевиками, это еще и показатель того, что религиозные конфликты, как и весь мир, глобализируются. Это также демонстрация того, что Европа не такое уж безопасное место в плане свободы слова.

Я сейчас не буду оценивать то, как СМИ изображают те или иные религиозные символы, это зона ответственности СМИ и того общества, которое воспринимает либо не воспринимает подобный символизм. Но то, что пренебрежение чувств верующих может усугубить, как в Европе, так и мире в целом, неприятие и непонимание между различными религиозными общинами, в том числе между исламским и христианским миром, это очевидно.

Читайте также: Почему поставки оружия в Чечню - плохая идея

Это неприятие может принимать радикальные формы. Вспомните британского писателя Салмана Рушди. За его роман "Сатанинские стихи", свободно интерпретировавший вопросы исламской веры, религиозные авторитеты приговорили автора к смерти. Однако дальше угроз дело не зашло. Теперь же – расстрел целой редакции за провокационные карикатуры и непочтительные обложки.

То есть если несколько лет религиозные группы реагировали на оскорбления чувств верующих  угрозами, теперь – действиями.  Этими действиями могут, и будут пользоваться разные группы. Усиливающийся межрелигиозный конфликт  одинаково выгоден крайним силам по разные стороны баррикад.

С одной стороны попытаются разыграть этот козырь ультраправые националисты и популисты – не в одной Украине они есть. С другой – те, кто стоит за традиционные исламские ценности. Они также будут разжигать истерию, акцентируя внимание на  противоречиях между западной и исламской цивилизацией. Это может иметь электоральные и идеологические последствия не только в Европе, но и на Ближнем Востоке. 

Ну, и не надо забывать про ситуацию Украина-Россия. В России тоже присутствуют ультраправые течения с исламским привкусом. Они сейчас в определенной степени контролируются действующей властью. Эти настроения могут быть достаточно марионеточно быть использованы, чем Россия, в общем-то, уже давно занимается.  

Франция и другие страны Европы могут попытаться ужесточить миграционную политику, но сделать это сейчас, на мой взгляд, нереально. Особенно во Франции, где исторически так сложилось, что у страны была масса колоний в исламским мире. Один Алжир чего стоит.

Мы видим сейчас в Европе вырисовывание  новых реальностей – эмиграция, глобализация, увеличение количества жителей исповедующих ислам. И нынешний теракт далеко не первый, возникший на религиозной почве, конфликт во Франции. Поэтому нужно  говорить о взаимной терпимости и о межрелигиозном диалоге, основанном на общих ценностях. Это банально звучит, но другого выхода нет.

Отправить другу Напечатать Написать в редакцию
Увидели ошибку - контрол+энтер
Последние Первые Популярные Всего комментариев: 1
Выбор редакции